 |
май 2010 |  |
За первый квартал 2010 года УАЗ повысил объем продаж только по внедорожникам в 2,5 раза, а именно продал их 5,5 тысяч. В марте 2010 года он стал лидером продаж среди пикапов различных брендов, реализуемых в России. Бренд УАЗ занимает также второе место в стране по продажам в рамках программы утилизации автохлама. Журнал Institutional Investor вместе с ведущими мировыми аналитиками авторынка признает генерального директора ОАО «SOLLERS» (бывшее ОАО «Северсталь-авто», дочерняя компания «Северстали», ей принадлежит УАЗ) Вадима Швецова лучшим генеральным директором в российской промышленности. Полный успех и аплодисменты! Казалось бы, рабочие на таком чудо-заводе, как УАЗ, должны жить, как минимум, на уровне рабочих «Форда». Но нет – они получают зарплату по 6.000, работают за двоих, а то и троих, иногда по 12 часов в день или сидят в неоплачиваемом простое, подвергаются дискриминации и репрессиям, некоторые судятся и все боятся сокращений.
Заводская реальность
Положение рабочих на УАЗе хорошо сформулировал один прессовщик:
« Были в госсобственности – легче было. Я пошел на завод, потому что деньги платили. В 98-м году я 8.000 тысяч получал, на те цены. Потом нас продали «Северстали», и все это началось. А сейчас стало совсем плохо. Работаем в 2 раза больше – получаем в 2 раза меньше. А уволят – куда пойдешь?»
Действительно, в октябре 2000 года УАЗ попал в частные руки компании «Северсталь». По воспоминаниям рабочих, тогда же начались и гиперэксплуатация, и урезание зарплат, и увольнения всех несогласных с подобной политикой. Но осенью 2009 года положение рабочих превратилось из тяжелого в невыносимое «в связи с кризисом», как это объясняет начальство. Но кризис или нет, а объем работ на заводе растет вместе с планом выпуска продукции. Во втором квартале 2010 года руководство УАЗа собирается реализовать 13.000 внедорожников. Численность рабочих при этом сократили примерно на треть. На данный момент на УАЗе осталось около 6.000 человек, при этом на одного рабочего приходится по 2-3 начальника.
Сокращают в основном молодых. Пенсионеров предпочитают оставлять на работе, поскольку им можно платить меньше, чем остальным, и они не станут протестовать. Дело в том, что на УАЗе зарплату начисляют на бригаду, а мастер распределяет деньги между рабочими. В прочем не только пенсионеры получают копейки, зарплаты снизились у всех. Большинство рабочих УАЗа получают зарплату по повременному тарифу. «Из-за кризиса» им почти вдвое снизили технологическое время (время, которое положено затрачивать на производственную операцию). Соответственно, за тот же объем работ они теперь получают вдвое меньшую зарплату. Здесь надо еще понимать, что технологическое время в данном случае заведомо меньше реального рабочего. Но какое время ты на самом деле затрачиваешь на производственную операцию – никого не волнует, оплатят все равно по технологическому. Так что у многих рабочих первая смена, которая в норме заканчивается уже к четырем часам дня, тянется до 7-8 вечера. И хотя формально на УАЗе осталась одна смена (до прошлогодней осени было две), фактически рабочими первой смены выполняется работа двух смен. За одинарную оплату, поскольку это не считается сверхурочными.
Рабочие, получающие сдельную зарплату, в таком же положении, что и их коллеги с тарифом – им так же снизили расценки. В среднем рабочие УАЗа зарабатывают в месяц от 6 до 8 тысяч рублей. А некоторые и меньше – 3-4 тысячи, и есть зарплаты даже по 2 тысячи – у разнорабочих. Для сравнения – начальники цехов получают от 25 до 50 тысяч рублей, причем начальство сокращения не затронули.
Низкие зарплаты – это основной стимулятор гиперэксплуатации на УАЗе. Но даже полностью выкладываясь, рабочие не могут заработать сносную зарплату. Выработав месячную норму, они вынуждены сидеть дома, причем не на 2/3 от средней зарплаты, положенных при вынужденном простое, а в неоплачиваемом «корпоративном» отпуске. Так, в марте на УАЗе было 19 рабочих дней, остальное – неоплачиваемый отпуск.
Сейчас на автозаводе планируется набор людей по срочным трудовым договором. Казалось бы, зачем? Ведь можно просто обойтись без «отпусков». Оказывается, на УАЗе не хватает специалистов – их посокращали в течение последнего года. А теперь набирают новых, но по срочному договору. Все просто: высококвалифицированные рабочие вряд ли согласятся работать за 6.000, могут и забастовать, а те же рабочие со срочными договорами протестовать скорее всего не осмелятся, ведь тогда с ними не продлят договор. Да и оставшиеся после сокращений рабочие УАЗа бастовать опасаются – ведь их могут тоже сократить. На практике так и происходит - тех, кто возмущается, сокращают.
Официальный заводской профсоюз АСМ («Автосельхозмаш», входит в ФНПР) права рабочих не защищает. И даже путевки бесплатные теперь не дает, ссылаясь на «кризис». За путевку для ребенка в детский летний лагерь рабочий должен заплатить 500 рублей, но эта сравнительно небольшая сумма является критичной при зарплате рабочего в 6.000. Ведь надо еще на что-то жить и ездить на работу, и платить за коммунальные услуги – от 2.000 и более. «А зачем им нас защищать, если их руководство у дирекции на окладе?» - комментирует ситуацию с профсоюзом один из рабочих. Однако сам он в профсоюзе состоит – по привычке. Впрочем, многие из профсоюза выходят: «Зачем взносы платить просто так». Но и к идее создать свой рабочий профсоюз автозаводцы относятся скептически: некоторые не понимают, что это такое, большинство считает, что такой профсоюз будет уволен в полном составе.
С точки зрения закона
Если рассматривать ситуацию на УАЗе с точки зрения российского законодательства, мы увидим, что дирекция нарушила едва ли не все, что только можно. Приведем лишь самые очевидные и грубые нарушения закона:
Технологическое время. В соответствии со ст. 160 Трудового кодекса РФ (ТК РФ), «нормы труда могут быть пересмотрены по мере совершенствования или внедрения новой техники, технологии и проведения организационных либо иных мероприятий, обеспечивающих рост производительности труда…». Уменьшение технологического времени – это как раз изменение норм труда. Что-то не припоминается, чтобы на УАЗе в последний год были внедрения новой техники и технологий. Что же до мер, обеспечивающих рост производительности, то вряд ли даже «Северсталь» осмелится публично назвать таковыми сокращения и урезание зарплаты.
Неоплачиваемые «корпоративные» отпуска. Они возникают из-за того, что рабочие исчерпали месячный план выпуска продукции и работы для них нет. В соответствии со ст. 22 ТК РФ, работодатель обязан «предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором», так что согласно ст. 74 ТК РФ эти «отпуска» – типичный простой по вине работодателя, то есть «временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера». Ст. 157 ТК РФ четко указывает, что «время простоя по вине работодателя, если работник в письменной форме предупредил работодателя о начале простоя, оплачивается в размере не менее двух третей средней заработной платы работника». А у нас – неоплачиваемый отпуск. Рекомендуем рабочим уведомлять работодателя в письменной форме о начале простоя и не соглашаться на эти, с позволения сказать, отпуска.
Сокращения. Как мы помним, сокращали на УАЗе в основном молодежь, причем многие были высококвалифицированными специалистами. По ст. 179 ТК РФ при сокращении персонала «преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией». Кроме того, по ст. 180 ТК РФ при сокращении «работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу в той же организации, соответствующую квалификации работника». Сомнительно, что рабочим, сокращаемым с УАЗа, предлагалась другая работа на заводе да еще и соответствующая квалификации. Работы нет? А зачем сейчас будут набирать рабочих по временным трудовым договорам? Не говоря уже о том, что сокращение подразумевает не просто увольнение работника, а исключение штатной единицы, занимаемой работником, из штатного расписания. Разумеется, временные работники не могут занять те же штатные единицы, что занимали их сокращенные предшественники – еще одна причина, почему сейчас рабочих нанимают по срочным договорам. Однако, если фактические трудовые обязанности новых временных работников будут совпадать с трудовыми обязанностями ранее сокращенных рабочих, мы смело можем говорить, что, поскольку производственные функции сокращенных работников фактически продолжают исполняться, сокращение штатных единиц было ни чем иным, как мошенничеством, осуществленным администрацией УАЗа в корыстных целях: незаконно уволить одних, постоянных, работников и заменить их на других, временных, с тем чтобы уменьшить затраты на выплату заработной платы и на обеспечение соцгарантий временных работников. Таким образом, сокращенных работников, чьи производственные функции не были ликвидированы вследствие сокращения работника, исходя из ст.21 ТК РФ и ст. 77 ТК РФ, следует считать незаконно уволенными, так как при фактической незаконности сокращений расторжение с данными работниками трудового договора не может считаться произведенным на законных основаниях. Соответственно, эти работники должны быть восстановлены на рабочем месте.
Оплата труда пенсионеров. Как мы знаем, работающие пенсионеры на УАЗе получают меньшую зарплату, нежели их коллеги допенсионного возраста. Причем за абсолютно идентичную работу. Согласно ст. 22 ТК РФ, работодатель обязан «обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности». Выплачивая работающим пенсионерам меньшую зарплату, нежели их коллегам, администрация УАЗа тем самым нарушает свои законные обязательства, да еще и пенсионеров дискриминирует по возрастному признаку, нарушая до кучи ст. 3 ТК РФ «Запрещение дискриминации в сфере труда».
Сверхурочные. Формально на УАЗе режим рабочего времени – это пятидневная рабочая неделя с двумя выходными при восьмичасовом рабочем дне. Фактически, как мы знаем, многие работают до 7-8 вечера, то есть сверхурочно. Другой вопрос, что начальство не считает это сверхурочными, ведь по технологическому времени никто не перерабатывает. Однако для закона имеет значение фактическое рабочее время, и в соответствии со ст. 91 ТК РФ «нормальная продолжительность рабочего времени не может превышать 40 часов в неделю». Значит, те, кто работает с 7 утра до 7 вечера, 3 часа работают сверхурочно, то есть, согласно ст. 152 ТК РФ, это время должно им оплачиваться «за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы – не менее чем в двойном размере». В нашем случае – оплата сверхурочных просто не происходит, а факт сверхурочных работ администрацией отрицается – опять мошенничество.
Права надо брать
Злоупотребления дирекции и нарушения прав рабочих можно перечислять до бесконечности. Еще больше можно рассказать о безобразной эксплуатации рабочих, которая нашим законодательством, к сожалению, разрешена. Но точнее и полнее все это называется абсолютным бесправием рабочих. Рабочий на УАЗе не человек, а производящий механизм, который финансируется лишь из расчета минимального поддержания его работоспособности. Проще говоря, человеку платят ровно столько, чтобы не умер от голода и доехал на работу, и работать заставляют, выжимая все силы, а когда он становится не нужен, выгоняют с глаз долой до следующего раза.
За любую попытку возражать – увольнение. И, тем не менее, районный суд завален исками от рабочих УАЗа. Но в абсолютном большинстве случаев рабочие в суде проигрывают. И это не удивительно, ведь у рабочих нет денег на квалифицированного юриста в отличие от «SOLLERS» с ее высокооплачиваемым и компетентным юридическим отделом. Не стоит сбрасывать со счетов и нежелание судей «ссориться» с «SOLLERS», вполне понятное, учитывая мрачную репутацию стоящей за ней «Северстали». Ну и, разумеется, не следует забывать про традиционную уже российскую коррупцию. И, конечно, все эти факторы – против рабочих. Осмелившиеся подать иск против дирекции рабочие долго на УАЗе не задерживаются. Но поток исков не иссякает. Значит, допекло?
Да, но не всех. Если после смены пройти мимо проходной УАЗа, можно видеть множество рабочих, стоящих у пивных ларьков. Они могут стоять здесь и час, и два, и до самого вечера – пьют пиво и более крепкий алкоголь, пропивают и без того жалкие зарплаты и говорят между собой. Это их способ забыть ненадолго о голодной семье дома, о долгах по коммунальным платежам, о необходимости и невозможности отправить ребенка в лагерь, одеть его к школе – обо всем том, что есть их жизнь. Вот если бы им всем собраться не у пивного ларька, а перед заводоуправлением или городской администрацией, если бы заявить требования: вернуть завод в госсобственность, а рабочим дать возможность контролировать администрацию и ее действия и блокировать любые антирабочие решения, если бы, добиваясь этого, объявить забастовку… Их бы поддержали и на тольяттинском АВТОВАЗе, и везде, где рабочие выдвигают те же требования... Всего-то и нужно - организоваться хотя бы в рабочий профсоюз для начала. Но каждый боится быть первым, быть зачинщиком, каждому кажется, что он останется один и будет раздавлен администрацией. И поэтому они сейчас бесправны. Потому что права не даются просто так – их надо брать самим.
Галина Дмитриева 13.05.10