 |
апрель 2009 |  |
Наталья Топоркова
«Температура в корпусах зимой выше 5 градусов тепла не поднималась, были дни в январе, когда она падала до 5 — 8 градусов ниже нуля. Крыши текут, людям приходится стоять у станков в воде. Мы уже забыли, когда в последний раз получали спецодежду, спецпитание, средства личной гигиены».
Вышеприведенная цитата не из воспоминаний ветеранов о послевоенной разрухе, это строки из письма в Харьковскую областную организацию Конфедерации свободных профсоюзов Украины рабочих завода им. Малышева, которые задают вопрос: «До каких пор над нами будут издеваться?».
Завод Малышева знавал и хорошие, и плохие времена. Но в последние годы гигант харьковской индустрии стал дежурным примером неблагополучия. И связывают это люди с приходом на предприятие в 2007 году Виталия Немилостивого. Правда, руководил заводом Немилостивый недолго — около 9 месяцев, затем ушел на повышение — первым заместителем министра промполитики, и до нынешнего времени является куратором «родного» завода. Но сменил его на посту директора Алексей Подгорный — «человек из команды Немилостивого», продолживший, как пишут в заявлении малышевцы, «уничтожение прославленного завода».
«Саранча кушать захотела»
— Зарплату мы не получаем с августа прошлого года, — рассказывает инженер инструментального цеха Ольга Полежака. — Правда, один раз получили деньги за февраль и еще по 50 грн. в декабре. Остальное числится задолженностью. В Пенсионный фонд деньги не перечисляются около 3 лет. Хотя с людей пенсионные взносы удерживают. Те, кто уже на пенсии, не могут сделать ее перерасчет, а тем, кто оформляет пенсию по возрасту, эти годы не засчитываются в трудовой стаж. Считается, что у завода нет денег, чтобы рассчитаться с долгами. Но в то же время на проходных и в цехах устанавливаются электронные турникеты, камеры видеонаблюдения. На это деньги находятся. Не спорю, производственная дисциплина необходима. Но являются ли эти траты столь первоочередными на полумертвом предприятии? К тому же те методы, которыми руководство нас «дисциплинирует», приводят в оторопь. Рабочие стали заложниками на предприятии, не имея возможности выйти за проходную даже в экстренных случаях и с разрешения начальника цеха. Приведу только один пример. Женщине позвонил муж с просьбой срочно приехать домой. Он почувствовал себя очень плохо. Начальник цеха подписал ей разрешение на выход. Но пройти через проходную она смогла только через несколько часов. За это время муж умер.
Мы работаем не на главной площадке, а на территории бывшего агрегатного завода. Так вот, попасть в профком, в расчетный отдел, в отдел техники безопасности мы не можем ни в рабочее, ни в нерабочее время, поскольку для этого нужно пройти через главную проходную, а там не пропускают.
Под лозунгом реструктуризации предприятия объединяют цеха и отделы, сокращая множество должностей. Но при этом не увольняют людей по сокращению штатов, как то положено по КЗоТу, а вынуждают писать заявления об уходе по собственному желанию. По существу выбрасывают на улицу без выходного пособия. Те же, кто пока работает, не уверены в своем завтрашнем дне. К примеру, должность Анны Аксеновой, инженера по подготовке производства, сократили. В этом случае ей должны были либо предложить другую работу, либо уволить по сокращению штатов. Ни того, ни другого не произошло. Женщина продолжает выполнять свои, формально уже не существующие обязанности, и каждый день, подходя к проходной, боится, что ее просто не пустят на завод.
Особенно явственно заметны гонения на инженерно-технических работников. Говорят, что нас слишком много, непропорционально много в сравнении с количеством рабочих. Но ведь и рабочих раньше было больше. Приход на завод Виталия Немилостивого ознаменовался массовым уходом с предприятия квалифицированных рабочих. Если случится чудо, и завод начнет функционировать хотя бы в полсилы, работать на станках будет некому.
В феврале мы провели возле проходной завода акцию протеста. Казалось бы, любого руководителя, заинтересованного в благополучии завода, это понудило бы выйти к людям, объяснить, что происходит и почему. Рассказать хотя бы, что делается для погашения долгов по зарплате. Но никто к рабочим не вышел. А когда люди вернулись на свои рабочие места, то многие получили выговор за нарушение трудовой дисциплины.
— Руководство предприятия в своей деятельности не единожды нарушило Кодекс законов о труде, — прокомментировал сложившуюся ситуацию председатель Харьковской областной организации Конфедерации свободных профсоюзов Украины Владимир Демиденко. — Есть в Законе Украины «Об оплате труда» статья о первоочередности выплаты зарплаты, а значит, и расходовать деньги на установку камер слежения при том, что у завода многомиллионные долги по зарплате, руководители завода просто не имели права. Есть Закон об охране труда, и те условия, в которых работали прошлой зимой малышевцы, — это вопиющее нарушение закона. В том же законе, кстати, сказано, что человек имеет право отказаться выполнять свои обязанности, если их выполнение связано с угрозой его жизни и здоровью. Если рабочий стоит за станком, к которому подведено напряжение в 380 вольт, а под ногами у него плещется вода, — это ли не угроза жизни и здоровью? Так что наказывать людей за акцию протеста было абсолютно неправомерным.
Все это привело к возникновению 6 трудовых споров между наемными рабочими и администрацией предприятия, уже зарегистрированных Национальной службой посредничества и примирения. Однако неконструктивная позиция администрации предприятия привела к остановке работы примирительной комиссии.
Что изменилось на заводе после акции протеста? Да ничего. А оценку акции, как рассказывают рабочие, дал один из руководителей завода, высказавшись брезгливо-пренебрежительно: «Саранча кушать захотела».
Экономика и политика
Не так давно в Харькове побывала с визитом премьер-министр Украины Юлия Тимошенко (о чем газета «Время» подробно рассказывала в одном из номеров). По итогам визита Кабинет министров издал постановление «О пополнении уставного фонда государственного предприятия «Завод имени В. А. Малышева», предусматривающее выделение из Стабилизационного фонда государства 136 млн. грн. на выплату зарплаты (с начислениями) и погашение задолженности целевым фондам (в т. ч. и Пенсионному). После длительных прений в бюджетном комитете парламента деньги таки выделили. Очевидно, в скорости завод их получит.
— Но будут ли они израсходованы по назначению? — задает вопрос Владимир Демиденко. — У нас имеются большие сомнения в том, что эти деньги не уйдут «в никуда». И предпосылки для таких сомнений имеются. Уж очень «непрозрачна» финансовая политика руководства завода. Как-никак предприятие производит продукцию, она отгружается, за нее, следует понимать, платят. Кроме того, за последние годы было продано несколько производственных корпусов, база отдыха им. Соича, клуб «Юность», центральная лаборатория, которую потом завод взял в аренду(!). Какая сумма была при этом выручена и куда она израсходована — никому не известно. Зато известно, что на территории завода строится непроизводственное здание. Известно, что на территории завода присутствуют несколько посторонних фирм (это при всей «сверхсекретности» оборонного предприятия). Какую продукцию они производят, какие услуги оказывают заводу, какие финансовые отношения связывают их с предприятием — тоже непонятно. Естественно, нам на эти вопросы никто не ответит. Но, может быть, ответят государственным контролирующим организациям? Председатель Конфедерации свободных профсоюзов Украины народный депутат Украины Михаил Волынец обратился к генеральному прокурору Украины с просьбой о проверке изложенных нами фактов, а также движения финансовых средств на счетах завода.
Аналогичные обращения поступили прокурору и от других народных депутатов Украины. Генеральная прокуратура направила эти обращения для проверки в Харьковскую областную прокуратуру, а также в Минпромполитики. Вопросы к руководству завода им. Малышева (а заодно и к заместителю министра промполитики) имеются и у Службы безопасности Украины, и у областного контрольно-ревизионного управления. Будем надеяться, последуют проверки. Ожидая приезда многочисленных комиссий, на предприятии начали генеральную уборку: откачку воды из производственных помещений, посыпание пола опилками и т. д. Впрочем, крыши корпусов остаются дырявыми, и если во время работы комиссии пойдет дождь, проверяющие смогут ощутить на себе заботу руководства завода о рабочих.
На днях состоялась встреча представителей областной организации Конфедерации с представителями Минпромполитики. Планировалось, что в ней примет участие министр. Но он не приехал. Впрочем, ситуация вроде бы разрешилась к взаимному удовольствию. Замминистра Владимир Севернюк пообещал ознакомить с обращением рабочих непосредственно министра.
Миллион туда, миллион сюда
Судя по финансово-экономическим показателям 2008 года, дела у завода отнюдь не блестящи. На прошедшем недавно в облгосадминистрации совещании, посвященном проблемам машиностроения Харьковщины, Алексей Подгорный привел некоторые цифры, касающиеся финансового состояния завода: продукции за прошлый год выпустили на сумму 177 млн. грн. (в полтора раза больше, нежели в позапрошлом). Впрочем, выпущено — еще не значит продано. К тому же кредиторская задолженность (должен завод) составляет около 247 млн., и она в три с лишним раза больше дебиторской (должны заводу). Долги по зарплате составляют почти 20 млн., а Пенсионному фонду — 67 млн. грн. Объяснил директор и то, куда были истрачены деньги от продажи базы отдыха им. Соича: 10 млн. — на погашение банковских кредитов, и еще 10 — «на нужды завода». Вопрос: не дешево ли продали? — не ставился. Продавало не предприятие, объяснил директор, а банки-кредиторы. «А какая сумма понадобится заводу на ремонт дырявых крыш?» — поинтересовалась корреспондент газеты «Время». Специалисты ответили, что на ремонт одного корпуса нужно миллионов 6 — 7. Сколько «дырявых корпусов» на предприятии, уточнять мы уже не стали.
Понятно, что при таких финансовых делах говорить о развитии предприятия не приходится. Хотя в свое время, возглавив завод, Немилостивый много и красиво говорил о грядущих благотворных переменах. Автору этих строк довелось брать у него интервью, позволю себе немного процитировать Виталия Александровича: «Если бы уверенности не было (в то, что завод выйдет из кризиса. — Н. Т.), я не пришел бы на завод. Однозначно верю!». Говорилось о шести новых направлениях работы завода по выпуску гражданской продукции для многих отраслей экономики, о росте заработной платы, о задачах директорской команды: «Создать такие условия, чтобы каждый знал свое место и работал продуктивно, чтобы ему было интересно работать». Похоже, из всех директорских намерений по выводу завода из кризиса реализовывались и реализовываются ныне, главным образом, два: реструктуризация производства — в плане продажи зданий и сооружений, и «оптимизация персонала» — в смысле сокращений.
Если верить приведенным выше цифрам, менеджмент на заводе никудышный. «Тут целый комплекс проблем, — дипломатично ответил на вопрос корреспондента о причинах неблагополучия предприятия заместитель начальника главного управления промышленности, транспорта и связи Харьковской облгосадминистрации Игорь Колот. — Государство должно решить, в каком виде ему нужен завод Малышева, какую часть его мощностей необходимо сохранить для оборонной промышленности, а что отдать гражданскому машиностроению. Мы со своей стороны помогаем заводу чем можем, забрали у него на баланс местных советов социальную сферу, лоббируем его интересы «в верхах».
Правильно, кто ж спорит — решать должно государство. Только до этого «кардинального решения» завод может и не дожить, если не «подсуетится» сам. А это у него, судя по всему, получается весьма неважно. Злые языки на предприятии утверждают, что штат менеджеров на заводе вполне приличный, вот только непонятно, чем они заняты.
Дело о банкротстве
Миллионные долги промышленных предприятий сегодня уже привычны. Однако выступление Подгорного на вышеупомянутом совещании таки ошеломило кое-кого из присутствовавших. Губернатор даже поинтересовался у областного прокурора: не появилась ли случайно в украинском законодательстве статья, позволяющая не выплачивать зарплату в связи с кризисом? А заместитель начальника управления по вопросам банкротства Наталья Скрымник своего удивления устрашающей, по ее словам, цифрой долга скрыть и не пыталась. И высказала пожелание провести анализ финансового состояния завода — не доводят ли предприятие до банкротства?
Доводят ли предприятие до банкротства осознанно или виной всему объективные обстоятельства — в этом должны бы действительно разбираться специалисты. Однако дело о банкротстве завода уже существует. Оно было возбуждено 17 сентября 2007 года решением Хозяйственного суда Харьковской области. Официально инициатором банкротства завода Малышева выступило госпредприятие «Харьковский завод электроаппаратуры». Сумма претензий не разглашается. Недавно завод им. Малышева потребовал от Высшего хозяйственного суда Украины (ВХСУ) отменить решение нижестоящей инстанции. Однако кассационное требование было отклонено, так как суд посчитал, что для этого нет оснований.
timeua.info 24.04.09