 |
апрель 2008 |  |
Город Липецк – важный промышленный центр Черноземья. Краеведы считают датой основания города момент открытия железоделательных рудников. Именно это послужило причиной притока в регион рабочей силы и формирования городского поселения. Строительство металлургического завода в Липецке было начато в 1931. В 1934 предприятие дало первый чугун. В 1992 предприятие было преобразовано в акционерное общество, и в течение 1993 была проведена его приватизация.
На территории Новолипецкого металлургического комбината (НЛМК), регионального промышленного гиганта, расположен «Огнеупорный цех», который работал на протяжении 30 лет. Рабочие в цехе заняты по 12 часов. Неприятным побочным эффектом производства является выделение сильнейших канцерогенов. Конечно, у завода есть фильтры, которые должны работать. А как они работают в действительности, видно на примере цеха ККЦ-1, где крановщики не видят даже места работы из-за испарений, образующихся в результате смешения металлосплавов! Воздух в цехе вентилируется крайне слабо. Об опасности производства администрация завода знала всегда. Знала и о том, что несоблюдение правил техники безопасности влечет за собой угрозу не только для работающих непосредственно в цеху, но и для всех жителей города.
Отравленный город
В 2005 г. рабочие огнеупорного цеха обнаружили паспорт безопасности каменноугольного пека, выделяющегося в ходе производственного процесса. По правилам, этот документ должен находиться в доступном месте для ознакомления с ним всех желающих. Но, как стало ясно значительно позднее, его припрятывали до проведения аттестации рабочих мест, во время которой данный паспорт появлялся. После прохождения одной из таких аттестаций, его, видимо, забыли убрать подальше от рабочих. Случайно прочитавшие этот документ люди были ошеломлены. В паспорте приводились такие его характеристики, как класс опасности, воздействие на подопытных животных (воздействия на их репродуктивные функции, срок жизни, наследственность заболеваний – генетические изменения). Работники цеха по инициативе павлова В.А.незамедлительно вызвали санэпидемнадзор, который не обнаружил никаких нарушений. Неудовлетворенные результатами, они вызвали федеральную инспекцию труда, которая тоже сочла происходящее нормой. Тогда рабочие обращаются к независимым экспертам из Воронежского НИИ с просьбой сделать свое заключение. В результате проведенного ими исследования и стали всплывать поразительные факты.
Так, после двух взрывов в огнеупорном цехе в городе резко сократилась популяция тараканов, зато увеличилось количество вирусных инфекций. Население Липецка до 2002 года составляло 527 000 человек, а после последней переписи населения липчан осталось лишь 504000(!). На вопрос: куда делись 23 000 человек (они не переехали, их нет, нет ни свидетельств о смерти, ни мед. карточек), чиновники ответили: «Вы знаете, люди бомжами становятся…». Видимо 3% населения города Липецка стали бомжами? Сомнительный факт! А вот онкологическая смертность у липчан в 5 раз выше, чем у ликвидаторов аварии на ЧАЭС.
Из выбросов комбината очищается только 1,5 % воздуха и 2 % воды. В выбросах присутствует бензапирен. Это вещество безвредно само по себе, но становится опасным при взаимодействии с другими веществами, например с обычной пылью.
В итоге 15 км вокруг Липецка признаны зоной экологического бедствия. Планировалась даже замена почвы слоем 10-15 сантиметров на этой территории.
В Липецке 2 металлургических завода, работающих на коксующемся угле. Побочное вещество в результате процесса производства – угольный пек, являющийся сильнейшим канцерогеном. Тем не менее, в Липецке он не является приоритетным загрязнителем, хотя признан таковым во всех городах, где нет металлургического производства.. По приблизительным подсчетам его ПДК превышено в 1800 раз!!!. А все комиссии мерили загрязнение только по фенолу и нафталину, которые с натяжкой можно отнести к вредным.
Отравляющие вещества влияют на репродуктивную функцию и наследственность заболеваний. По официальным данным, в Липецке около 500 детей в год заболевают раком, и только две женщины из десяти могут родить без заболеваний или осложнений абсолютно здорового ребенка. Врачи это связывают с тяжелой экологической ситуацией.
Сокрытие улик
Небольшая часть выше изложенных фактов, публиковалась в газетах «ЖИТЬЕ-БЫТЬЕ» и «Провинциальный репортер». После публикаций журналисты, писавшие на эту тему, обычно увольняются, сменяются главные редакторы газет. Обиженный, «обесчестенный» комбинат подает судебные иски «о защите чести» на редакцию газет в 3х городах (Липецке, Воронеже, Белгороде) и проигрывает. Мы, конечно, не утверждаем, но по решению суда получается, что у комбината нет чести.
Далее рабочими цеха были поданы иски. Документы были переданы прокурору Левобережного района, который, в свою очередь, неофициально предложил от них отказаться. Районная прокуратура отказалась возбуждать дело «за отсутствием состава преступления». Два комплекта документов были переданы в Генеральную прокуратуру. Первый через Госдуму, второй через уполномоченного по правам человека. Результаты: районный прокурор за два дня нашел состав преступления и завел уголовное дело на начальника цеха. В город приехал председатель счетной палаты Сергей Степашин и оштрафовал НЛМК на 280 млн. руб. Огнеупорный цех закрыт, а его территория обнесена колючей проволокой. Однако в этой истории есть моменты, достойные пристального внимания.
Когда прокуратура начала рассматривать дело, в поликлинике стали пропадать медицинские карточки (по ним можно отследить изменения в организме человека по мере прохождения трудового стажа). В ходе разбора «пропажи» медкарточек выяснился следующий факт. На протяжении восьми лет (1998-2006г.г.) Минздрав проводил на территории огнеупорного цеха исследования о воздействии вредных веществ производства на работников предприятия. О чем сами рабочие даже и не подозревали!
Начиная с 2000 года, если человек умирал от рака, его история болезни изымалалась, а родным выдавали справку о смерти (такой принцип действует по крайней мере в медсанчасти НЛМК). За 6 лет в цехе от рака умерло 9 человек.Частота заболеваний в цехе превышает среднюю по НЛМК в 40 раз. И это при численности цеха в 80 чел. А сколько заболевших было уволено, переведено на другое производство остается только гадать!
Судебные разбирательства в районной прокуратуре дались нелегко. Дело решительно не хотели доводить до суда, мотивируя отсутствием политической воли. По требованию истцов дело приходилось четырежды открывать по-новому. Судья и прокурор всячески затягивали судебный процесс. Осуществляли на людей давление. А в неофициальной обстановке открыто смеялись над истцами и спрашивали: не надоело ли вам судится. На одном из заседаний прокурор попросил суд отказать в иске ввиду отказа истцов от экспертизы. И это при том, что рабочие сами неоднократно требовали провести подобную экспертизу!
Такое странное поведение очень легко объяснилось. Дело в том, что прокурор города является одновременно президентом футбольного клуба, что абсолютно нарушает федеральный закон «о статусе прокуроров и судей».
В конце концов, рабочие добились направления на экспертизу (в Москву). Прошло полтора месяца, и от директора Института Медицины Труда поступила информация, что экспертизу им не поручали. Зато институту были перечислены 9 млн. руб., не заложенные по программе, на ремонт. В итоге экспертизу не проводят со ссылкой на отсутствие документов, что трактуется в пользу рабочих.
Что дальше?
На данный момент, судебное разбирательство в районной прокуратуре еще не закончено. В Европейский суд передано 75 исков, из которых 15 уже рассмотрено. Честно говоря, в практике Левобережной прокуратуры еще не было случая удовлетворения иска в пользу рабочих. Самый успешный исход – дело отсылается в областной суд, а оттуда обратно.
На вопрос, как далеко готовы зайти рабочие металлургического комбината, они ответили: «Дальше мы планируем дойти до Верховного суда и не остановимся, до тех пор пока наши требования не будут выполнены полностью»
Александр Камнев
Справка:
Новолипецкий металлургический комбинат (НЛМК) – третий по величине металлургический комбинат в стране. Он расположен в городе Липецке (микрорайон Новолипецк), в 350 км от Курской магнитной аномалии, являющейся главным поставщиком сырья для НЛМК. Контрольный пакет акций комбината — 83,16 % принадлежит председателю совета директоров Владимиру Лисину, 3,85 % — у менеджмента и членов совета директоров, остальные — торгуются на рынке. Капитализация на Лондонской фондовой бирже на конец августа 2007 года — $17,9 млрд. Президент компании — Алексей Лапшин.
НЛМК производит чугун, слябы, холоднокатаную, горячекатаную, оцинкованную, динамную, трансформаторную сталь и сталь с полимерным покрытием. За 2005 комбинат выпустил 8,47 млн т стали. НЛМК выпускает около 14 % от всего российского производства стали, 21 % — проката, 55 % проката с полимерным покрытием. НЛМК потребляет ежегодно порядка 14 млн.тонн железно-рудного сырья. 80 % поставок обеспечивает Стойленский ГОК — третий по величине производитель ЖРС в России. Также НЛМК ежегодно потребляет порядка 5,5 млн тонн коксующегося угля.
Под контролем НЛМК находятся: Стойленский горно-обогатительный комбинат ; Туапсинский морской торговый порт ; 50 % + 1 акция российской металлургической компании «Макси-групп» (приобретены в конце 2007 года за $600 млн); датская металлургическая компания DanSteel A/S ; угольная компания «Прокопьевскуголь»; ОАО «Алтай-кокс».
Численность персонала группы компаний НЛМК — более 70 тыс. человек. Выручка по US GAAP в 2006 году — $6,05 млрд (в 2005 году — $4,47 млрд), чистая прибыль — $2,066 млрд ($1,385 млрд), EBITDA — $2 млрд ($2,63 млрд).[1]
73,5 % продукции комбинат отправляет на экспорт, что обеспечивает около 60 % выручки. Региональная структура выручки в 2005: Россия — 42,1 % ; Страны •Евросоюза — 14,0 % ; Северная Америка — 6,9 % ; Турция и •Ближний Восток — 12,8 % ; Азия и Океания — 19,0 % ; другое — 5,2 %
Рабочая Демократия, 4(113), апрель